Пой, твою мать!
не учись предавать
не слушай старших
постарайся вовремя умереть
прокорми свою мать
надрываясь на пашнях
не забудь, что съедобен хлеб, но не медь


Аве боли! Аве страху!
Заходи почаще на плаху
Раз уж рано любить, но время петь
Подымайся и пой: "Аве смерть!"
Аве! Аве! Аве! Авуууууууууу!

бей в стеклянные стены тюрем
бей в бетонные стены глаз
Разорви свою одежду и пускайся в свистопляс
улыбайся каждой пуле
улыбайся каждый раз,
Разорвав к чертям надежду и пускаясь в свистопляс

Пой! Пой, твою мать!
Пой! Пой, твою мать!
Пой! Пой, твою мать!
Пой!
любовь когда-нибудь заменит бой

Серёжа Чернышов

Цветы
Цветы, что хватают вас за душу то жадно и откровенно,
То как блеклые губы, шепчущие «наверное»
И.Б.


Цветы, по весне, раскрываются как новые
Города по утру,
Приезжему из далека.

Их нечеткие очертания снов
Трепещут как асфальт в жару,
Отдавая резкий запах смолы, слюны
И следы людей, что здесь прошли,
Друг друга сменяя за годом год.

Прогибаются от воспоминаний
О том сокровенном, которым полны –
Асфальт и трава за городом.
От них не скроешь ни юбкою ног загара,
Ни исподнее автомобиля.

Цветы и дороги помнят
Силу дневного жара и то,
Какими мы были
Вместе, какими до
Нашего прошлого,
Из какого теста
у нас нутро.

Свое же платье легко раскрывают –
Только пришел их срок.
По утру, по весне, да и летом
Разверзаются, как города по земле вечером –
Наполняясь светом.

Такого не встретишь ни во сне
Ни в постели незнакомки,
Ни даже, наверное, в гробу, считая потери
Времени и комы в горле.

Только из далека, с высоты
Придорожных холмов,
Новые города,
Так могут раскрываться путешественнику,
И цветы.

Стас Поспелов

Без беды
(Джу)
Не могу тебя отпустить из тёмного естества.
Я солгал, говоря "легко" - это всё слова.
Я солгу ещё много раз,
Но не вру сейчас.

Заключая тебя в объятья, никогда не скажу, где ключ.
Твои губы безвольны, но твой язык колюч.
Были бабочки в животе,
Да вот жаль - не те.

Извини, что так часто я нарушаю твой вещий сон.
В твои сны прихожу не я - то приходит он.
Он в алеющей глубине
Затаён во мне.

Это он тебя полюбил, я вообще не могу, ага.
Я, похоже, уже успел надоесть богам -
Ведь один из них до утра
На меня орал.

Он кричал мне, слепому, что мне завидует даже он -
Ведь такие, как я, по штуке на миллион.
Мол, как счастлив я должен быть
Без беды "любить".

Серёжа Чернышов

Оранж-сода
Пронзительный ветер, бумажка с надписью «здесь свобода»
А.Очиров

выводишь
голосом
затухающим от тоски
на шероховатых стенах
оранжевые мазки
отделываешь
всю жизнь
в стиле психоделик
рок
вспоминая
кто мы
в ней
на самом деле и
глядя на тех
кто из нее
выбраться смог

вьющиеся твои волосы -
как изгибы страшной дороги домой
если опять заблудишься -
будешь стоять немой
в жестких ее развилках,
в женских ее перекрестках
на голом
плато
ее ладоней -
ветер медленный хлесткий

увидишь бога,
того что тебе по силам
того, что в груди
стеной
и делает стену красивой
того, что давно
нас кинул
в чулан где дышать темно

проснешься отсюда рано и небеса высоки
когда
сквозь окно в апреле
проходят
оранжевые мазки

Стас Поспелов

Нега
Лене Борок
Нежный полумрак
Золотые улицы
Прячут во дворах.
Парочки милуются
Летом и весной
В этих вечерах.
Любит город мой
Нас с тобой.

Любит город мой
Покутить на полную...
Но когда ночной
Сладостью наполнен он,
Каждый тихий вздох
Дышит тишиной -
В наш переполох
Сходит Бог.

Обними меня,
Кроха незнакомая.
Спали чары дня -
Чувствую истому я.
Чувствуешь и ты
Мягкий жар огня.
В неге пустоты
Спят мечты.

Серёжа Чернышов

Дорога
Татьяне Синяковой
Дорожные извивы...
Проснись, открой глаза.
Отвергни губы - губы лживы,
Они тянут нас назад,

Прямо к самому дну.
А дорога - ввысь.
Проснись,
Таких, как ты, я видел не одну.

Порви со всем, что живо
Осталось до сих пор.
Закрой глаза: летят машины,
Мы идём наперекор,

Мы идём поперёк.
А дорога - вдаль.
Как жаль,
Я видел тысячи таких дорог.

Я помню всё, что было.
И вижу всё, что есть.
Я собираю свои силы,
Ведь дорога только здесь,

Прямо здесь и сейчас.
Я уже на пути.
Прости
Меня за то, что я тебя не спас.

Серёжа Чернышов

Открытка
Анне Арзамасовой
Я купил эту открытку потому, что искал блокнот.
Предыдущий окончился песней о том, что мне плохо
Без тебя. В этой песне всего-то
Порядка пяти-шести нот.
С того дня, как расстался с тобой, я пою её сольно.
Потому, что мне больно.

Я люблю тебя, я хочу тебя, ты мой дом, но закрыты двери.
Я хотел бы войти, но непрочь и пожить на пороге.
Ты - мой дом, и к тебе все дороги.
Я дышу тобой, я в тебя верил.
Я хочу поселиться в тебе и укрыться навеки.
Твоя плоть - мои веки.

Если мучима жаждой, то испей мою кровь до дна.
Если голод терзает тебя, то отведай и тела.
Всё, чего бы ты ни захотела,
Я тебе отдаю, весна.
Потому, что иначе я просто бездомный дух,
Бесплотный звук.

Серёжа Чернышов

Покажи мне
Где твоя гордость, твоя ярость где?
Сделай мне подлость прямо сейчас, детка.
Ты можешь быть алчной, ты можешь быть стервой,
я знаю,
Но на что тебе это, если
Не здесь - в постели.

Покажи мне любовь - ты полезешь на стену,
Нарисуй пальцем иероглиф своего тела.

Покажи мне зависть, детка,
И не важно: ты нежна или одета.



Завтра будет хуже
Жаль, что нет пути раньше,
Нет обратного, вперед - уже.

Покажи мне голос,
голос!
Голову запрещенными вопросами
Пусть продерет до кости.
И под кожей ты ведь тоже голая?

Ты можешь быть слабой,
Ты можешь быть жестокой,
Входить плавно,
Желать денег и славы.

Я покажу тебе главное.
Великое небесное синема.
Как смеяться и как плакать,
Как под кожей пульсирует кровь
Как дымка Нью-Йорка и родники Абиссинии-

Ровно-
На- одной- волне
Приливают- от тебя- ко мне
От- низа- живота –и– к голове.

Стас Поспелов

Я хочу орать! (икс бэ)
Анне Арзамасовой
Последний поезд мчит меня на Юг
Пружина тянется и тянется на Север
Мне нужен совершенно новый друг
Мне нужен друг, который мне неверен
Пружина тянется и тянется, прочна
Это непарная пружина, старина

Синий старый мудрый змей
Будь уж добр, поскорей
Вези меня на Юг
Вези меня, мой друг,
Чем дальше, тем больней
Чем дальше, тем больней

Уже не за горами славный Юг
Пружина тянется едва ли выносимо
Сейчас мне нужен, нужен старый друг
Мне нужен спец по всем этим пружинам
Мы станем пить, напьёмся допьяна
Эх, совершенно старый старина

Вот одна из тех ночей
Когда принц и туз мечей
Очень громко пьют
Ночи блюз поют
И не спрашивай, зачем
И не спрашивай, зачем

Серёжа Чернышов

Беспечная санасара
Не за что биться, не с кем делиться. Все об одном.
Аукцыон

а гвозди плавились на крыше, тянулись к черту провода,
и иглы телевизионных вышек кололи тучи и дома.

промальп монтировал закат
на стену вуза за бабло.
мечты о лете я пока,
пока задвинул на потом.
над крышей пело нло
на ультразвуке.

беспечная сансара крутится в глазах.
из красных труб идет необычный дым.
стрелою крана смуглый азиат в комбинезоне
монгол, китаец, бур или казах,
опять рвет чистый и пустой наш небосклон.
из подворотни слышен стон.
налево дым, направо дом.

из труб законно бьет тепло,
в котельной догорают
последние кармические связи.
а место где недавно рассвело
сейчас закрыто и назло
всем пусто, свято.

беспечная сансара вертится в глазах.
идем кататься в парк горького на чертовом кругу.
там мимо кассы ветер кали юги
залезет в сад, залезет в нас.
проверит, кто почем, и аз воздаст
рукой под юбкою подруги.

Стас Поспелов

Гонорея
кусочек пластика, похожий на
мозг,
поднята рука, искривлённый свастикой
рот,
трещины в совести скрыла
ненависти мастика:
не человека лицо - рыло,
ликан
троп или робот:
не живёт - спит;
не вода, а палёный спирт,
и не смех - гогот.

не бывал нигде -
ненавидь тех,
кто бывал,
кто знает:
ненавидь не зная.

в каждом городе,
среди всех людей
самым правым будь -
собирайся в стаи.

взгляд, суженный до тоннеля:

д, н а п р а в о
ё
р
е
п
н а л е в о , в

и так - два раза.

от восторга млея - как блядь на
панели
слушая сказки
о величии и богатстве.

и в осколках кривых зеркал
королевства, сдохшего от
вранья,
видишь ты, только то, что искал -
то есть русского богатыря...
это блажь, хуйня:
ты тупое чмо,
ты глупей говна,
идеальный Кай -
весь осколками изрешечен.
ты - дерьмо в костяном мешке,
взгромоздившееся на плечи
самому себе

и другим,
и визжащее: "Мы победим!", -
становясь с каждым годом
смешнее.
как будто бы захотела
победить наш народ
какая-то
гонорея.

Камбоджа